предыдущая главасодержаниеследующая глава

Антисоветская направленность милитаристских тенденций в политике Японии

Во второй половине 70-х годов укрепление вооруженных сил для "обеспечения безопасности" страны стало одним из ведущих лозунгов японских правящих кругов. Правительство усилило нажим на парламент с целью увеличения бюджетных ассигнований на военные цели. Активизировалась деятельность совета национальной обороны по обсуждению основных проблем военной политики и строительства японских вооруженных сил, разработке рекомендаций по развитию военной доктрины. 34-й съезд либерально-демократической партии в своих решениях закрепил линию на широкое развертывание движения "за понимание народом проблем обороны в новую эпоху".

С помощью этой меры ЛДП стремилась добиться поддержки населением страны тезиса о том, что безопасность Японии от прямой и косвенной агрессии невозможно обеспечить без решимости народа защищать свое государство собственными силами, даже при наличии японо-американского "договора безопасности". 21 января 1978 г. премьер-министр Т. Фукуда, выступая в парламенте, подчеркнул, что "национальная оборона составляет основу существования нации" и что "правительство призвано нести величайшую ответственность за ее обеспечение". Премьер-министр обратился с призывом развернуть широкое обсуждение вопросов обороны в интересах выработки "национального согласия" по этим вопросам1.

1 (См. Асахи. - 1978. - 22 янв.)

Упомянутая речь явилась отправным моментом для организации в парламенте "дискуссии по вопросам обороны". В ней приняли участие сам глава правительства, министр юстиции, начальник управления национальной обороны (УНО) и другие представители правительства. В центре дискуссии стояли вопросы возможного предела уровня военного потенциала Японии и соответствия его конституции страны. Представители правительства пытались обосновать право Японии на повышение предела уровня военного потенциала в соответствии с прогрессом науки и техники, вплоть до включения в него ядерного, химического, бактериологического и радиологического оружия.

Позиция властей была обобщена в документе "Единое мнение правительства" от 23 февраля 1978 г., в котором говорилось, что статья 9 конституции "не запрещает" обладать оружием оборонительного типа и что Япония в соответствии со статьей 98 конституции "имеет право" аннулировать любые международные договоры, заключенные ею, в том числе Договор о нераспространении ядерного оружия. Все это сопровождалось оговоркой о том, что эти обоснования имеют-де чисто теоретическое, а не практическое значение, поскольку Япония будет по-прежнему придерживаться политики отказа от обладания ядерным оружием и запрещения экспорта оружия. Подобные ссылки были явно рассчитаны на усыпление бдительности тех общественных сил, которые решительно выступали против намерения правящих кругов толкнуть страну на путь милитаризации, а также на отвлечение внимания стран Дальнего Востока и Юго-Восточной Азии, проявлявших настороженность в отношении роста милитаристских тенденций в Японии.

Линия правительства на наращивание военного потенциала была поддержана и соответствующими выступлениями руководящих деятелей либерально-демократической партии вне парламента. Они открыто высказывались за подкрепление внешней политики Японии вооруженной силой, за ликвидацию статьи 9 конституции, запрещающей Японии иметь вооруженные силы и прибегать к войне как средству решения международных споров. Видный деятель ЛДП М. Эсаки в своем выступлении перед членами Общества по изучению международного и внутреннего положения 31 января 1978 г., например, заявил: "Экономика имеет важное значение, но основа государства - это, прежде всего оборона и внешняя политика. Эту очевидную истину нужно разъяснять народу..." С еще более откровенными призывами к наращиванию вооруженных сил выступил председатель политического совета ЛДП Я. Накасонэ. Коснувшись индидента с китайскими рыболовными судами в районе островов Сэнкаку в апреле 1978 года, он призвал изменить статью 9 конституции, с тем, чтобы страна могла обладать правом на ведение войны, поскольку "без такого права Япония не может защищать собственную территорию".

В начале 80-х годов антиконституционная борьба приобрела особо острый характер. В массированное наступление на мирные положения основного закона государства включились и японские официальные деятели. В так называемой "Ассоциации депутатов парламента от ЛДП за независимую конституцию" участвуют 250 членов парламента. Ее членами являются премьер-министр, министр юстиции и другие члены кабинета. В январе 1983 года очередной съезд ЛДП принял резолюцию, в которой содержится открытый призыв к пересмотру конституции. Эта линия была подтверждена и на 47-м съезде ЛДП в январе 1987 года.

С помощью средств массовой информации дискуссия по вопросам обороны переросла в широкую пропагандистскую кампанию по внедрению идей милитаризма в сознание широких слоев населения страны. Шовинистические тенденции, заметно усилившиеся в Японии в последние годы, явились питательной средой для такого рода кампании.

Открытая постановка вопроса о необходимости наращивания японских вооруженных сил была не случайна. Она предопределялась все возрастающей по своему значению связью Токио с американскими военно-стратегическими концепциями и внешнеполитическим курсом США. Увеличение военной мощи правящие круги Японии рассматривают как составную часть общего курса империалистического мира на наращивание своего милитаристского потенциала в противовес СССР и другим странам социализма. Его усиление, по мнению официального Токио, необходимо и для решения региональных задач японской внешней политики. Расширение боевых возможностей "сил самообороны" призвано укрепить позиции Японии по отношению к Китаю, военная мощь которого вызывает растущее беспокойство японских политических лидеров и экспертов УНО. В перспективе вооруженные силы рассматриваются также как эффективное средство проведения политики в Юго-Восточной Азии и закрепления на морских путях, ведущих на Средний и Ближний Восток, в Африку и Австралию. Впрочем, правящие круги вынуждены проявлять максимальную осторожность в том, что касается Юго-Восточной Азии, поскольку наращивание "сил самообороны" Японии ведет к росту опасений в отношении целей японской политики и подъему антияпонских настроений в странах региона.

Немалое значение придается курсу на милитаризацию и с точки зрения внутреннего положения в стране. В последние десятилетия в капиталистическом мире явно прослеживается тенденция все более частого использования не только полиции, но и регулярных вооруженных сил против различных общественных движений. Иметь под рукой развернутый вооруженный контингент представляется важным и для японской олигархии.

Непосредственный толчок к обсуждению военных проблем был дан финансово-промышленными кругами, стремившимися решить проблему выхода из затянувшейся экономической депрессии путем расширения военного производства и экспорта оружия. Многие руководящие деятели делового мира (председатель Кэйданрэн Доко, председатель торгово-промышленной палаты Нагано, президент крупнейшей металлургической компании "Синнитэцу" Инаяма и др.) в своих выступлениях требовали расширения военного производства и смягчения существующего в Японии законодательства о запрещении экспорта оружия. Торгово-промышленная палата Японии, например, направила правительству резолюцию с требованием, чтобы были сняты ограничения на экспорт судов, которые могли бы быть использованы в военных целях. В качестве возможных рынков сбыта таких судов назывались Иран (до свержения шахского режима), Саудовская Аравия и страны АСЕАН. С большой надеждой в деловых кругах смотрели и на Китай как на возможного импортера японского оружия.

Финансово-промышленные круги не только усилили давление на правительство, но и вели обработку руководства профсоюзов, пытаясь склонить их к согласию на наращивание военного производства и снятие ограничений на экспорт оружия в качестве средства расширения производства и, следовательно, преодоления экономического спада и решения проблемы безработицы. Руководство ряда профсоюзов, входивших в правореформистский центр Домэй, выступили в поддержку требований деловых кругов.

Важным фактором, облегчившим открытую постановку вопроса о наращивании вооруженных сил, явилось изменение позиции влиятельной оппозиционной партии Комэйто в отношении "сил самообороны" и японо-американского договора. Она фактически отказалась от прежних требований ликвидации японо-американского альянса и "сил самообороны". Аналогичную позицию заняли партия демократического социализма, социал-демократический союз, созданный в 1977 году вышедшими из СПЯ правореформистскими деятелями, новый либеральный клуб, созданный в 1976 году группой депутатов от либерально-демократической партии. Линия правящих кругов на милитаризацию страны встречала противодействие со стороны двух оппозиционных партий - Коммунистической и Социалистической партии Японии. Массового движения против милитаризации страны в середине 70-х годов не сложилось, разрозненные выступления общественности не приобрели общенационального размаха.

Развертывая широкую пропагандистскую шумиху в пользу усиления военной мощи Японии, насаждения милитаристских идей, правительство одновременно шло на принятие практических мер, которые вели к росту военного производства. Военные ассигнования Японии, увеличивавшиеся ежегодно в среднем на восемь процентов, составляли 0,88% в 1977 и 0,9% в 1978 году от валового национального продукта. Правительство Японии, однако, продолжало придерживаться линии на ограничение военных ассигнований в размерах до одного процента от валового национального продукта, установленного в 1976 году. Перспективная военная программа, введенная в действие с января 1977 года, предусматривала главным образом меры по качественному совершенствованию вооруженных сил: усиление противовоздушной обороны и повышение боевых возможностей сил и средств противолодочной обороны. Это определяло место японских вооруженных сил в системе двустороннего военного Партнерства с США.

В те годы в Японии существенного расширения военного производства не произошло: военные заказы не превышали 0,4% от общего промышленного производства Японии. Правительство не могло увеличить закупки по линии бюджета, учитывая решительные возражения демократической оппозиции. По этой же причине не пошло правительство и на снятие ограничений на экспорт оружия. К тому же у японских компаний не было определенных рынков сбыта. Активизация пропаганды в пользу наращивания вооружений и военного производства, следовательно, ставила пока целью подготовку общественного мнения к развертыванию военного производства и вооруженных сил на случай возникновения "чрезвычайной обстановки", которая связывалась с фальшивыми утверждениями об "угрозе с севера".

В Токио отдают себе отчет в том, что СССР последовательно и настойчиво стремится к установлению истинно добрососедских отношений с Японией. Этот курс, как признают японские военные специалисты, в условиях сложившейся на Дальнем Востоке стратегической ситуации в наибольшей степени отвечает государственным интересам СССР и его безопасности. Однако ограниченные меры по укреплению дальневосточных рубежей неизменно изображаются как таящие в себе угрозу Японии, что якобы требует ответных шагов.

В 1978 году впервые в официальном документе - "Белой книге по вопросам обороны" - Советский Союз был прямо назван гипотетическим противником Японии. В ежегоднике МИД Японии по вопросам внешней политики за 1979 год, одобренном правительством, подчеркивалась "потенциальная советская угроза"1. В программе развертывания вооруженных сил ("Материалы по вопросам оборонительной стратегии"), опубликованной в 1978 году штабом сухопутных войск "сил самообороны", откровенно говорилось, что военная стратегия должна быть направлена против СССР, так как "среди соседних стран только Советский Союз обладает возможностями произвести вторжение в Японию силами нескольких дивизий"2. Соответственно менялись и военно-политические концепции.

1 (См. Иомиури. - 1980. - 20 авг.)

2 (См. Токио симбун. - 1978. - 2 мая.)

В конце 60 - начале 70-х годов в военных кругах Японии сформировался так называемый курс "самостоятельной обороны" (дзию боэй). Автором этой концепции был начальник управления национальной обороны Я. Накасонэ, ставший в 1982 году премьер-министром. Суть концепции заключалась в том, что Япония должна быть в состоянии оборонять свою территорию до подхода помощи со стороны "гаранта" - США. Эта концепция предполагала дальнейшее наращивание военной мощи путем развертывания собственного военного производства и сокращения до минимума закупок американского вооружения. Курс "самостоятельной обороны" получил дальнейшее развитие в общей программе национальной обороны, принятой в 1976 году. Программа предусматривала создание к 1987 году вооруженных сил, которые явились бы основой для развертывания крупной армии в случае войны ("базовые силы обороны"). Такая армия должна быть готовой к ведению всех видов боевых действий, включая применение ядерного оружия в оперативно-тактических масштабах. Что же касается стратегических целей, то они должны осуществляться вооруженными силами США.

В ходе японо-американского совещания по "вопросам безопасности" в Гонолулу и при встрече начальника УНО Д. Омура с министром обороны США К. Уайнбергером в июне 1981 года американская сторона выразила резкое недовольство темпами создания "базовых сил обороны", считая, что установленный срок выполнения программы (1987 г.) не отвечает потребностям времени и необходимости противостоять "советской военной угрозе". Представители США предложили Японии сделать новый качественный скачок в наращивании боевой мощи японских вооруженных сил: вдвое увеличить подводный флот, заменить весь противолодочный патрульный парк морской авиации и т. и. Администрация Рейгана усилила давление на Японию, добиваясь, чтобы Токио резко повысил ассигнования на оборону, отказавшись от ограничения военных расходов 1% ВНП1. С точки зрения Вашингтона, Японии следует довести военные расходы до уровня военных бюджетов стран НАТО, то есть до 3% ВНП.

1 (Этот предел соблюдался на протяжении 60 - 70-х годов, хотя фактически ежегодно происходило увеличение военного бюджета на 6 - 8%, что объясняется соответствующим ростом ВНП.)

Навязывая Токио увеличение военных расходов, американская администрация стремится не только заставить Японию форсировать военные приготовления, но и ослабить ее конкурентоспособность на мировых рынках, и прежде всего в США, с тем, чтобы сократить огромное пассивное сальдо в американо-японской торговле, которое из года в год увеличивается. Уступая домогательствам своего партнера в военной области, следуя за Вашингтоном во внешней политике, в частности в отношении СССР, правительство Японии в то же время надеется избежать перерастания трений в торгово-экономической области в политические разногласия, не допустить принятия конгрессом США протекционистских законов, направленных против японской экономической экспансии.

Американская дипломатия, ссылаясь на не Довольство конгресса японской внешнеторговой политикой, нередко заставляет Токио идти на уступки в политических вопросах, избирать линию, идущую вразрез с национальными интересами страны. Так, в июле 1980 года правительство Д. Судзуки дало согласие на осуществление требований США о завершении военной программы на 1980 - 1984 годы на год раньше срока и об увеличении военного бюджета на 1981 финансовый год на 7,6%. Премьер-министр заверил американского посла в Токио, что Япония будет и впредь последовательно наращивать свой военный потенциал, а также подтвердил взятые ранее перед США обязательства в военной области1.

1 (См. Асахи. - 1980. - 3 авг.)

В конце 1981 года управление национальной обороны закончило разработку очередного пятилетнего плана укрепления и развития "сил самообороны" на 1983 - 1987 годы. Как сообщало агентство Киодо Цусин, главный упор в нем сделан на увеличение боеспособности ВВС и ВМС. Им предстоит взять на себя ряд функций, которые ранее выполняли корабли и самолеты США, базирующиеся в северо-западной части Тихого океана. По новому пятилетнему плану на развитие вооруженных сил было намечено выделить около 16,4 трлн. иен (около 60 млрд. долл.), что превышало половину всего государственного бюджета Японии в 1981 финансовом году1.

1 (См. Asahi Evening News. - 1982. - 26 July.)

В 1982 финансовом году на военные расходы было выделено 0,95% ВНП - на 7,5% больше, чем в предшествующем году. В декабре 1982 года сенат США принял резолюцию, призывающую Токио ускорить укрепление своего военного потенциала, ежегодно увеличивать ассигнования на военные цели. Уступая этим домогательствам, в бюджет на 1983 финансовый год правительство Накасонэ заложило увеличение военных расходов на 6,5% (0,98% ВНП), несмотря на объявленную строжайшую экономию, сдерживание расходов на социальное обеспечение и сокращение ассигнований на образование. Фактический же рост военных расходов с учетом повышения жалованья военнослужащим превысил 8%. Если же учесть расходы на выплату пенсий офицерам и генералам, а также пособий семьям погибших военнослужащих, то реальные затраты Японии на военные цели возросли до 1,5% ВНП. Это составило 17,4 млрд. долл., что почти вплотную приближается к уровню военных бюджетов Англии и Франции.

Обострение международной напряженности, вызванное отходом империалистических сил во главе с США от политики разрядки, правящие круги Японии использовали для формирования настроений трагического "одиночества" и "беззащитности" Японии, безмерно раздувая "опасность советского наращивания сил в Тихом океане". В то же время колебания американской политики помогали "создать впечатление, что Соединенные Штаты в случае возникновения напряженности у порога Японии могут оказаться не слишком надежным союзником"1.

1 (Far Eastern Economic Review. - 1980. - 13 June. - P. 91.)

Создавшаяся обстановка служила питательной средой для возрождения и укрепления правых, милитаристских сил Японии, добивающихся реанимации доктрин, которые господствовали в довоенный период - период так называемого "прямого императорского правления". Японский ученый К. Накамура писал, что "уже открыто говорят не только о более монолитном партнерстве с Соединенными Штатами, но даже о глубоко националистической (и в какой-то степени деамериканизированной) военной концепции (конечная цель правых) создания независимой и самостоятельной военной державы, которая была бы равным, а не младшим союзником Вашингтона". "Во внешних факторах, которые поддерживают и поощряют такое движение, - отмечал автор, - недостатка нет". К таким факторам он относил политику Китая, милитаристских кругов Вашингтона, ряда западноевропейских стран1.

1 (Ibid.)

К концу 70 - началу 80-х годов в Японии начала складываться новая военно-политическая концепция. Она получила название "комплексное обеспечение национальной безопасности". Суть этой концепции состоит в сбалансированном сочетании политических (как внутренних, так и внешних), экономических и военных мер для обеспечения выживаемости Японии в различных кризисных ситуациях. Для проведения в жизнь этой концепции в декабре 1981 года при премьер-министре был создан совет комплексного обеспечения национальной безопасности, который должен разрабатывать конкретные мероприятие экономического, дипломатического и военного характера, необходимые для "обеспечения национальной безопасности". В понятие "обеспечение национальной безопасности" правящие круги включают достижение амбициозных целей внешней политики. Далеко выходящих за рамки Дальнего Востока и Азии. Практические меры, направленные на осуществление новой концепции, свелись к активизации политических, торгово-экономических и военных связей, прежде всего с США и другими странами НАТО, а также с проамериканскими режимами, связанными с США военными обязательствами (Южная Корея и др.).

Напомним, что в годы американской агрессии во Вьетнаме, когда Япония играла роль важнейшей тыловой базы вооруженных сил США, японское правительство стало включать в понятие "Дальний Восток" всю Юго-Восточную Азию. В 80-х годах, отвечая на новые требования Вашингтона, японский кабинет пошел еще дальше. Заведующий договорным отделом МИД Японии М. Датэ заявил 1 февраля 1980 г. в парламенте, что "теоретически Дальним Востоком считается весь район, где какие-нибудь чрезвычайные события угрожают миру и безопасности Дальнего Востока". Далее он добавил, что в "период возникновения угрозы безопасности и миру на Дальнем Востоке сфера действия американских войск не ограничится данным районом"1. Премьер-министр М. Охира, выступая в бюджетной комиссии парламента, подтвердил эту трактовку. Он заявил, что "с точки зрения японо-американского договора безопасности не возникнет никаких проблем с переброской сил быстрого развертывания в районы Ближнего Востока и Индийского океана в случае использования ими объектов и территорий в Японии"2.

1 (Асахи. - 1980. - 2 февр.)

2 (Майнити. - 1980. - 2 февр.)

Произвольное, выходящее за рамки здравого смысла и общепризнанного географического понятия толкование дальневосточного региона демонстрирует готовность японского правительства предоставить вооруженным силам США ничем не ограниченное использование баз в Японии для действий в любом районе земного шара. Это ведет к возрастанию роли Японии в военно-стратегической системе США и значительно усиливает опасность втягивания страны в американские военные авантюры.

В ходе состоявшегося в январе 1982 года заседания японо-американской консультативной комиссии по "договору безопасности" Япония сделала новый шаг навстречу пожеланиям Вашингтона, добивающегося включения этой страны в русло своей агрессивной стратегии. Стороны договорились приступить к изучению возможностей совместных действий в случае возникновения "чрезвычайных обстоятельств" на Дальнем Востоке. Данное решение, по мнению агентства Киодо Цусин, поднимает уровень японо-американского военного сотрудничества на качественно новую ступень, так как речь уже идет о совместных действиях вооруженных сил двух государств не только на территории самой Японии, но и далеко за ее пределами. Япония, в частности, согласилась направить свои корабли для участия в очередных военно-морских маневрах стран - членов блока НАТО и АНЗЮС "Римпак-82", проводимых за многие тысячи миль от японских берегов.

Все более активизируется и японо-американское сотрудничество в области совместных разработок новых видов вооружений и военного производства. Еще в 1978 году УНО утвердило новый план развития военной промышленности, в основу которого было положено требование обеспечить "самый высокий в мире качественный уровень" вооружений. Япония подключилась к технологическим передовым областям производства вооружений. Первоочередными были признаны исследования в области управляемых ракет и торпед, различных видов ультрасовременного электронного военного оборудования и систем наведения с помощью лазеров и т. п.

В январе 1983 года состоялся визит Я. Накасонэ в Вашингтон, в ходе которого Япония сделала еще один крупный шаг навстречу требованиям США. Если десять лет назад премьер-министр К. Танака заверял Белый дом в стремлении к "дружескому сотрудничеству", которое в 1981 году при Д. Судзуки переросло в "союз", то Я. Накасонэ заявил, что Япония и США "объединены общностью судеб". Во время визита премьер-министр заявил также о необходимости превращения Японии в "непотопляемый авианосец", о намерении японских вооруженных сил блокировать международные проливы в случае "чрезвычайных обстоятельств" и тем самым воспрепятствовать свободе международного судоходства, о готовности обеспечить "охрану" морских путей "между Гуамом и Токио и между Тайваньским проливом и Осакой".

На Западе заговорили о "доктрине Накасонэ" как выражении милитаристских амбиций правящих кругов Японии, стремящихся повысить роль своей страны в глобальной стратегии военной конфронтации с Советским Союзом. Параллельно с укреплением стратегического взаимодействия с США Япония стремится к более тесным контактам с НАТО. Во время поездки министра иностранных дел С. Абэ в Западную Европу в январе 1983 года обсуждался вопрос об активизации участия Японии в консультациях и совещаниях в рамках НАТО. Япония при поддержке США поставила вопрос о приеме ее в Североатлантический союз в качестве "ассоциированного государства". ФРГ и ряд других западноевропейских государств благосклонно отнеслись к просьбе Японии. Лишь французское правительство резко воспротивилось этой инициативе. Оно высказалось против любого расширения НАТО. Однако в Токио не отказались от идеи подключения к этому агрессивному блоку. Свидетельством тому служат проходившие в конце 1986 года переговоры в Брюсселе между министром иностранных дел Японии Т. Куранари и генеральным секретарем НАТО лордом Каррингтоном. С 1978 года между Японией и НАТО ведется регулярный обмен различного рода военной информацией.

В 80-е годы США активизировали усилия с целью создания нового военно-политического блока на Дальнем Востоке с участием Японии и Южной Кореи, так называемого "восточного фланга" НАТО. Последним звеном в осуществлении этой идеи должно стать расширение связей по военной линии между Токио и Сеулом.

Известно, что согласно японо-американскому "договору безопасности" Вашингтон должен заблаговременно уведомлять Токио и получать его согласие на размещение ядерного и других новых видов оружия на японской территории. Правительство Японии утверждает, что США никогда не обращались к нему с такой просьбой. Следовательно, заявляет оно, ядерное оружие никогда не завозилось на территорию страны.

Однако бывший посол США в Японии Э. Рэйшауэр (1961 - 1964 гг.) в интервью газете "Майнити" в 1981 году подтвердил существование секретного соглашения, заключенного в 1960 году, согласно которому американским военным кораблям с ядерным оружием на борту разрешен заход в японские порты, а самолетам - приземление на японских аэродромах. Бывший президент США Дж. Картер и другие высокопоставленные представители вашингтонской администрации (бывший государственный секретарь США Г. Киссинджер, адмирал в отставке Лярок) также неоднократно заявляли, что на японскую территорию завозится американское ядерное оружие и властям хорошо об этом известно. В 1987 году был опубликован американский архивный документ, свидетельствующий о наличии секретной договоренности о тайном ввозе в Японию ядерного оружия.

Японская печать публикует много данных о том, что территория страны используется для размещения не только ядерного, но и химического и бактериологического оружия. Левые организации предприняли по этому поводу специальное расследование, и в ходе сбора информации, в том числе в Соединенных Штатах, получили доказательства наличия ядерного оружия на базе Ивакуни, постоянного захода в японские порты американских кораблей и подводных лодок с ядерным оружием на борту и транзита через японскую территорию американских ядерных бомбардировщиков. Представитель министерства иностранных дел был вынужден признать в парламенте, что в 1964 - 1981 годах атомные подводные лодки США 163 раза заходили в японские порты Иокосука, Сасэбо и на базу Уайт-Бич (Окинава)1.

1 (См. Акахата. - 1982. - 17 марта.)

Отвечая на вопросы "Вестника безъядерных городов" в августе 1986 года, социалистическая партия заявила, что с молчаливого согласия властей в порты страны регулярно заходят атомные подводные лодки, которые несут на борту ядерное оружие. Кроме того, имеются многочисленные свидетельства того, что американское ядерное оружие хранится на Окинаве и военных базах США, расположенных в других районах Японии. Компартия указывает на размещение на базе ВВС Мисава американских истребителей-бомбардировщиков F-16, оснащенных ядерным оружием, и на заходы в японские порты кораблей ВВС США с ядерными ракетами "Томагавк"1.

1 (См. Правда. - 1986. - 8 авг.)

В 1982 - 1986 годах значительно увеличилось число совместных японо-американских военных учений. Ранее они ограничивались ВВС и ВМС, а с 1983 года к ним были подключены сухопутные силы. Только в 1985 году японские "силы самообороны" провели 20 учений совместно с вооруженными силами США, в том числе на островах Хоккайдо, вблизи границ СССР. В ходе учений отрабатываются действия отнюдь не оборонительного характера. В 1986 году, например, в крупнейших военно-морских маневрах отрабатывались совместные удары с моря и с воздуха по наземным плацдармам, перехват коммуникаций в Японском и Охотском морях, блокирование проливов с целью сковать действия Тихоокеанского флота СССР.

В маневрах на островах Хонсю и Хоккайдо в 1986 году в непосредственной близости от советских границ впервые за все послевоенные годы были одновременно задействованы крупные сухопутные, военно-морские и военно-воздушные силы двух государств. По оценке японской газеты "Нихон кэйдзай", эти акции согласуются с "американской глобальной стратегией, предусматривающей в случае конфликта в Европе открытие второго фронта на Дальнем Востоке"1.

1 (Цит. по Правда. - 1986. - 2 нояб.)

Повышается роль базы Мисава на севере острова Хонсю, где с согласия японского правительства в июне 1985 года появились американские истребители-бомбардировщики F-16, которые могут нести атомные бомбы на борту. Радиус действия F-16 захватывает Советское Приморье и Сахалин. На кораблях 7-го флота США, базирующегося в японских портах, появились крылатые ракеты с ядерными боеголовками. Пентагон изучает вопрос о размещении в Японии таких же ракет наземного базирования.

Вашингтон продолжает оказывать нажим на Японию с целью активизации ее усилий в наращивании военного потенциала. Так, министр обороны США Уайнбергер, выступая в Токио 11 мая 1984 г., выразил разочарование "умеренным", по его словам, ростом военного бюджета Японии в 1984 финансовом году (на 6,5%) и новой пятилетней программой модернизации "сил самообороны" на 1986 - 1990 годы. "Мы все должны сделать больше. Это лишь половина того, что должны сделать японцы, чтобы создать прочную оборону островов к 1990 году",1 - заявил он.

1 (International Herald Tribune. - 1984. - 12 - 13 May.)

В Японии одна за другой осуществляются реваншистские, милитаристские акции, принимаются меры к оправданию агрессивных войн, которые вела японская военщина, прославлению милитаристов. Так, 26 и 27 мая 1984 года состоялся военно-морской парад и прием в Кагосиме в честь победы японского флота в цусимском сражении 27 мая 1905 г. и 50-летней годовщины со дня смерти адмирала Того, командовавшего японским флотом в этой битве. "Такие акции, - говорится в заявлении МИД СССР, - могли оказаться возможными в нынешней Японии только в силу того, что определенными кругами, в том числе правительством, насаждаются в стране шовинистические, реваншистские настроения, ведется активная подготовка милитаризации страны, культивируются чувства вражды к России, Советскому Союзу, его народу"1.

1 (Правда. - 1984. - 26 мая.)

В июне 1985 года состоялся визит в Вашингтон начальника управления национальной обороны Японии К. Като. В ходе визита было условлено, что Япония за пять лет израсходует на военные цели приблизительно 19 трлн. иен (77,55 млрд. долл.), или 3,8 трлн. иен ежегодно. Для сравнения следует отметить, что в финансовом году, начавшемся 1 апреля 1985 г., расходы на военные нужды были определены в сумму 3,16 трлн. иен, что составляло, 0,987% ВНП. Таким образом, речь идет об увеличении военных расходов на 6 - 7% ежегодно, что грозит привести к ликвидации считавшегося неприкосновенным предела в размере 1% ВНП.

Такой подход вызвал бурную реакцию в демократических кругах страны. Возражала против открытого отхода от установленного 1-процентного предела и значительная часть членов ЛДП, в том числе ряд видных деятелей партии - бывшие премьер-министры Мики, Фукуда и Судзуки. Опрос, проведенный канцелярией премьер-министра в июле 1985 года, показал, что свыше 70% граждан страны считают, что нужно и впредь удерживать военный бюджет в рамках 1% ВНП. Число сторонников увеличения военного бюджета из года в год падает. Так, в сентябре 1969 года в поддержку правительственной политики высказались 24,1% японцев, а в июле 1985 года - лишь 14,2%. Подавляющее большинство населения страны заявило, что нынешний уровень военных расходов вполне достаточен, а число тех, кто потребовал его сократить, возросло с 13,8 до 17,7%.

Официальная пропаганда стремится создать впечатление, будто "потолок" военных расходов волей-неволей приходится ломать под нажимом Вашингтона. Вспоминают, в частности, принятую весной 1985 года резолюцию сената США, который обвиняет Японию в том, что она, дескать, не выделяет достаточных средств для выполнения ее союзнических обязательств в военной области. Ссылаются на секретный меморандум государственного департамента и Пентагона. В нем, по словам газеты "Токио симбун", содержалось предупреждение, что, если Япония не увеличит свой военный бюджет и не расширит закупки американской военной техники, Соединенные Штаты введут протекционистские меры против японских товаров. Из-за океана действительно требуют каких-то мер, чтобы уменьшить перекос торгового баланса (японский экспорт в США в 1985 году превысил импорт на 49,7 млрд. долл., а в 1986 году - на 58,6 млрд.). Но дело отнюдь не только в американском нажиме. Правящие круги сравнительно охотно идут на удовлетворение требований США в политической и военной областях, поскольку они в основном совпадают с их собственными долгосрочными целями.

В сентябре 1985 года японское правительство приняло решение о выделении на осуществление нового пятилетнего плана "оборонного строительства" в 1986 - 1990 годах огромной суммы - 18,4 трлн. иен (по курсу 1986 г. почти 120 млрд. долл.). Японская армия получит более 60 истребителей F-15, свыше 200 новых танков, 50 противолодочных самолетов Р-ЗС, боевые корабли, вертолеты и другую современную технику. Ведется зондаж относительно возможности сотрудничества с ВМС США в оснащении японского флота атомными подводными лодками.

Изучается возможность принятия на вооружение радиолокационной станции с радиусом действия до 4 тыс. км, самолетов дальнего обнаружения и ракетных систем "Иджис" морского базирования. Морские "силы самообороны" объявили, что собираются закупить самолеты, оборудованные системой электронного обнаружения АВАКС производства компании "Локхид". Дальность полета этих самолетов - около 7,8 тыс. км, что в 3 раза превышает дальность полета находящихся ныне на вооружении УНО аналогичных самолетов. Тем самым Япония увеличивает сферу оперативных действий своих вооруженных сил и сможет осуществлять контроль не только над зоной, прилегающей к Советскому Союзу, но и над территорией всей Юго-Восточной Азии.

В 1986 финансовом году на военные цели было выделено 3,3 трлн. иен (16,7 млрд. долл.). От 1-процентного ограничения эту гигантскую сумму отделяет всего семь тысячных процента. Начальник военного ведомства Японии в новом кабинете Я. Накасонэ (сформирован в августе 1986 г.) Ю. Курихара, выступая в парламенте в августе 1986 года, открыто высказывался за отмену ограничения расходов на военные цели рамками 1% ВНП. Следует отметить, что и без того наращивание военного бюджета неизменно в два раза превышало увеличение ассигнований другим министерствам. За последние пять лет они возросли на 40%. Япония, таким образом, опережает западных союзников США по темпам роста военного бюджета. Расходы же на новую пятилетнюю программу, как утверждается в военном обзоре, опубликованном японским правительством 8 августа 1986 года, выйдут за рамки однопроцентного "потолка".

Ассигнования на 1987 финансовый год уже превысили однопроцентный уровень. Правящие круги Японии считают наличие мощных вооруженных сил непременным атрибутом великой державы и важным средством достижения внешнеполитических целей. Хотя Япония не располагает стратегическим наступательным оружием, по огневой мощи, мобильности и другим показателям японские вооруженные силы занимают шестое место среди армий капиталистических государств. Военное присутствие на морских просторах Тихого океана, прилегающих к Восточной Азии, и дальнейшее наращивание военной мощи уже сейчас активно используется японской дипломатией для достижения своекорыстных целей.

Подстрекая Японию к наращиванию военных усилий, Вашингтон одновременно стремится ограничить ее роль рамками американской стратегии. Министр обороны США Дж. Шлессинджер, например, во время переговоров с начальником УНО М. Саката в августе 1975 года недвусмысленно предостерегал Японию от того, чтобы ее "силы самообороны" стали "настолько мощными, чтобы представлять угрозу для других стран". В январе 1981 года с подобными настроениями выступил американский сенатор С. Нанн: "Япония нуждается в том, чтобы ее обороноспособность повышалась, но она должна это делать, консультируясь с США". Посол США в Японии М. Мэнсфилд в марте 1984 года в интервью газете "Нихон кэйдзэй" подчеркнул, что "Японии не следовало )ы превращаться в великую военную державу в Азии". Министр обороны США К. Уайнбергер, докладывая конгрессу о военных планах на 1984 год, заявил, что Япония отныне займет такое же место в глобальной военной стратегии США, направленной против Советского Союза, какое занимают страны НАТО.

Крупнейшая буржуазная газета "Асахи", критикуя милитаристский курс кабинета Я. Накасонэ, справедливо указала, что японская военная машина все меньше ориентируется на оборону и становится все более неотъемлемой частью американской глобальной стратегии против Советского Союза. Несмотря на разгул антисоветизма, и реваншистской пропаганды, широкие слои общественности Японии высказываются против такой политики правящих кругов. Идеи всеобщего мира, предотвращения термоядерной войны овладевают сознанием все большей массы людей. Антивоенное, антиядерное движение приобрело огромный размах и наступательный характер. В него включились десятки миллионов японцев.

В 1982 году в Японии было собрано более 80 млн. подписей под петициями, призывающими к полному запрещению ядерного оружия и разоружению. Эти документы были переданы второй специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению. Массовые демонстрации сторонников мира в 1982 году состоялись в крупнейших городах Японии: в Хиросиме (март, 200 тыс. участников), Токио (май, 400 тыс. участников), Осаке (октябрь, 500 тыс. участников) и др.

Коммунистическая и социалистическая партии, поддерживающие их массовые демократические организации, в том числе Генеральный совет профсоюзов (Сохио), выступают против превращения Японии в военную державу, за запрещение ядерного оружия и мир. КПЯ выдвинула требование об объявлении Японии зоной, свободной от ядерного оружия, принятием специальной декларации.

СПЯ пропагандирует концепцию "невооруженного нейтралитета". 49-й съезд СПЯ (декабрь 1984 г.) призвал все силы, выступающие за мир, против ядерной угрозы, теснее сплотиться, с тем чтобы активизировать движение за полное запрещение ядерного оружия, против заходов в порты страны американских кораблей, оснащенных крылатыми ракетами "Томагавк", за твердое соблюдение "трех неядерных принципов" и создание в районе Азии и Тихого океана зон, свободных от ядерного оружия.

50-й съезд СПЯ (январь 1986 г.) принял "новую декларацию", в которой решительно выступил против намерения правительства Накасонэ под предлогом "подведения окончательных итогов послевоенной политики" осуществить реакционные реформы, в частности отказаться от ранее введенного ограничения расходов на оборону в 1% ВНП. Съезд заявил о решимости расширять движение против ядерного оружия, за разоружение в интересах сохранения мира в азиатско-тихоокеанском регионе.

В программе действий СПЯ, утвержденной на ее 52-м съезде (январь 1987 г.), выражено стремление прилагать усилия к развитию отношений мира и дружбы между СССР и Японией. Съезд назвал в качестве важнейших международных задач СПЯ борьбу против ядерного оружия, за прогресс в деле разоружения, скорейшее прекращение региональных конфликтов. В документе выражена решимость СПЯ активно бороться против наращивания военной мощи Японии, дальнейшего вовлечения страны в милитаристские планы Вашингтона, за невооруженный нейтралитет Японии, за демократию и права трудящихся.

В антивоенную борьбу вовлекаются все новые слои населения, общественные и политические силы. Против ядерной угрозы решительно выступают представители интеллигенции; большую активность в антиядерном движении проявляют религиозные организации, в частности буддистские, объединяющие миллионы человек. Ширится движение органов местного самоуправления, объявляющих свои города и поселки безъядерными.

К концу 1986 года пять префектур и свыше 1 тыс. городов и поселков провозгласили свои территории зонами, свободными от ядерного оружия. Это 15% всей территории Японии, где проживает более половины населения страны. Объявление ядерного оружия фактически вне закона - практический шаг в развитии антиядерного движения.

В середине 1985 года возникло множество так называемых гражданских антивоенных организаций и групп, выступающих против милитаристского курса правительства Я. Накасонэ и за соблюдение положений мирной конституции страны. Только в июле 1985 года в городах и поселках Японии прошло свыше 3 тыс. антивоенных митингов и собраний. Их участники потребовали положить конец втягиванию страны в военно-стратегические планы США.

В 40-ю годовщину атомной бомбардировки японских городов был опубликован "Призыв из Хиросимы и Нагасаки" за предотвращение ядерной войны и ликвидацию ядерного оружия. Под ним подписались 17 040 тыс. человек. "Призыв" вызвал широкий международный резонанс. Его поддержали более 100 международных организаций, под ним поставили подписи многие граждане из 145 стран мира. На рост антивоенных выступлений оказывают положительное воздействие проходившие в Японии и других странах международные форумы за мир, против ядерной угрозы. Так, в 1986 году в Японии состоялись "Международный симпозиум по вопросам борьбы за предотвращение ядерной войны" (Токио), "Конференция антиядерных организаций азиатско-тихо-океанского региона" (Окинава), "Врачи мира за предотвращение ядерной войны" (Хиросима) и др.

Глубочайшие пацифистские настроения, которыми охвачены практически все слои общества, широкое массовое движение против угрозы ядерной войны являются важными факторами того, что масштабы и темпы милитаризации Японии оказываются значительно ниже тех, на которых настаивают Соединенные Штаты и "ястребы" в правящей либерально-демократической партии.

Массовый характер антиядерных выступлений не может игнорировать ни одна из крупных политических сил. В Японии создана Ассоциация депутатов парламента за содействие международному разоружению, в которую вошли депутаты от всех политических партий. Даже ЛДП, чтобы не оказаться в изоляции, была вынуждена заявить о намерении содействовать прекращению гонки вооружений и ядерному разоружению. Вместе с тем правящая партия принимает меры к тому, чтобы воспрепятствовать расширению антиядерного движения, обязав, в частности, членов ЛДП выступать против объявления безъядерными зонами отдельных городов и населенных пунктов страны. В марте 1986 года штаб национального движения ЛДП опубликовал заявление, в котором попытался дискредитировать антивоенное движение, объявив, в частности, что декларации о безъядерном статусе городов и населенных пунктов "вредят делу мира в Японии".

Боевитость антивоенного движения в Японии ослабляется разрозненностью выступлений, отсутствием единства действий различных организаций. Наиболее активной силой общественных движений являются профсоюзы. Однако в результате проводимой правительством политики денационализации, а также давления монополий их численность в первой половине 80-х годов неуклонно сокращалась (в 1986 г. профсоюзами было охвачено менее 30% трудящихся - это рекордно низкое число за все послевоенное время). Изощренные методы социальной демагогии, подкуп рабочей аристократии, рост безработицы и другие факторы привели в целом к ослаблению рабочего движения, снижению его активности. Центристская оппозиция (партии Комэйто и демократического социализма), выступая на словах против многих аспектов политики правительства, в то же время, как показали выборы в местные органы власти в апреле 1983 года и парламентские выборы в июле 1986 года, нередко блокируются с консерваторами, помогая, таким образом, усилению их влияния в стране.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Ремонт крыши балкона цена подробности на сайте.




© Злыгостев А. С., 2013-2016
При использовании материалов обязательна установка ссылки:
http://nippon-history.ru/ "Nippon-History.ru: История Японии"